Добавлено: 10.01.2013, 17:53
И сердцу по-прежнему горько,
Что после свинцовой пурги…
Последний день посвящён знакомству с равнинной частью Ингушетии. Сначала посещаем мемориальный комплекс близ города Назрань. Здесь в скульптурах, лепнинах и мемориальных плитах отражена история республики. Нас встречают журналисты, расспрашивают о впечатлениях. Мы все немного помятые и не очень нарядные после двух ночёвок в горах, поэтому не совсем фотогеничные. Но сейчас об этом вряд ли кто задумывается.
Немного поодаль находятся уже знакомые нам боевые башни. Только они здесь особые. Их несколько, тесно прижатых друг к другу, повыше и пониже, как члены одной семьи плечом к плечу перед лицом врага. Снаружи семья башен опутана колючей проволокой. Конечно же, этот комплекс кричит нам, что, несмотря на все беды, выпавшие на долю ингушского народа, он выстоял. Как и народ в целом. Спускаемся в подвальную часть башен. Здесь находится музей. Каждый зал отражает определённый трагический этап в жизни республики. Не хочу писать об этом подробно. Сказать, что мы испытали потрясение – ничего не сказать. Оставляем записи в книге отзывов посетителей и молча идём к машинам, мрачные от увиденного. Навстречу нам возвращающиеся за чем-то журналисты местного телевидения. Я киваю им, а Катерина вдруг неожиданно для меня останавливается и говорит им: «Простите. Простите за всё, что выпало на долю вашего народа, за наших безумных и жестоких предков…», - и мы идём дальше в слезах мимо опешивших ребят.
Что после свинцовой пурги…
Последний день посвящён знакомству с равнинной частью Ингушетии. Сначала посещаем мемориальный комплекс близ города Назрань. Здесь в скульптурах, лепнинах и мемориальных плитах отражена история республики. Нас встречают журналисты, расспрашивают о впечатлениях. Мы все немного помятые и не очень нарядные после двух ночёвок в горах, поэтому не совсем фотогеничные. Но сейчас об этом вряд ли кто задумывается.
Немного поодаль находятся уже знакомые нам боевые башни. Только они здесь особые. Их несколько, тесно прижатых друг к другу, повыше и пониже, как члены одной семьи плечом к плечу перед лицом врага. Снаружи семья башен опутана колючей проволокой. Конечно же, этот комплекс кричит нам, что, несмотря на все беды, выпавшие на долю ингушского народа, он выстоял. Как и народ в целом. Спускаемся в подвальную часть башен. Здесь находится музей. Каждый зал отражает определённый трагический этап в жизни республики. Не хочу писать об этом подробно. Сказать, что мы испытали потрясение – ничего не сказать. Оставляем записи в книге отзывов посетителей и молча идём к машинам, мрачные от увиденного. Навстречу нам возвращающиеся за чем-то журналисты местного телевидения. Я киваю им, а Катерина вдруг неожиданно для меня останавливается и говорит им: «Простите. Простите за всё, что выпало на долю вашего народа, за наших безумных и жестоких предков…», - и мы идём дальше в слезах мимо опешивших ребят.
от того, что пропустила такую поездку...или уволиться с работы,
чтобы в дальнейшем она не мешала ездить...